Ход войны. Ограниченный контингент советских войск в ДРА. 1979-1989

Ход войны. Ограниченный контингент советских войск в ДРА. 1979-1989

События, происходившие в Афганистане с декабря 1979-го по февраль 1989 года, называют по-разному. Такая неоднозначность происходит не только оттого, что у разных граждан в голове разное, но и оттого, что характер боевых действий Советской армии в Афганистане был не похож на то, что называют и считают войной.

Война для любого советского человека того времени — это когда понятно, с кем, где и по каким правилам воевать. Война — это когда есть однозначный враг в чужой форме, когда есть линия фронта, когда ясны тактические и стратегические цели войны, например, такие: очистить от неприятеля свою территорию и разгромить означенного неприятеля в его логове.

Ничего этого в Афганистане не было.

Как и опасалось советское руководство, воевать в Афганистане пришлось в основном с местным населением и отчасти — с наемниками всех мастей. Специально для одаренных интеллектуалов следует подчеркнуть красным: местное население — не значит мирное население. Как метко выразился один из советских советников: население Афганистана следует считать, скорее, боеспособным, нежели трудоспособным.

Картина, изображающая течение жизни в Афганистане. Москва. ЦМВС

Быстро (и в который раз) убедившись, что организованную, хорошо обученную армию нельзя разбить в открытом бою, контрреволюционеры перешли к единственной знакомой им тактике — тактике партизанской войны. Говорить в таких условиях о какой-то линии фронта, ясное дело, не приходится.

Что до основной задачи, стоявшей перед 40-й армией, то, в общем и целом, ее можно было обозначить так: защита правящего режима от наскоков вооруженной оппозиции, финансируемой из-за рубежа.

Что тут важно понимать? Тут важно понимать, что ни о каком завоевании Афганистана речи нет и быть не могло. Задача была — помочь правящему режиму удержать власть. Забегая вперед, скажем, что с этой задачей наша армия справилась. И справилась блестяще.

Специфика задач, стоящих перед 40-й армией, определяла характер проведенных в Афганистане операций и, собственно, состав самой армии. Состав армии по ходу войны менялся с учетом наработанного опыта ведения боевых действий в специфических условиях. В 1980 году численность ОКСВ (Ограниченного контингента советских войск) составляла 75 тысяч человек (5-я гвардейская мотострелковая дивизия, 108-я мотострелковая дивизия, 103-я гвардейская воздушно-десантная дивизия, авиация, части специального назначения и части обеспечения). Отдельного упоминания заслуживает тот факт, что у 40-й армии была собственная авиация — такого не случалось за всю историю Вооруженных сил СССР.

Авиация 40-й армии. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

Особую роль в Афганской кампании сыграли воздушно-десантные подразделения. При всем уважении к доблестным мотострелкам именно десантники наряду со спецподразделениями и разведчиками были самыми боеспособными и подготовленными частями Советской армии. Они вошли в Афганистан первыми и вернулись на родину в числе последних покидавших ДРА подразделений.

В начале войны вертолетные десанты использовались в исключительных случаях. С середины 80-х высадки стали явлением рядовым. Десантникам поручались наиболее сложные задачи, боевые действия зачастую велись глубоко в тылу противника.

Десант. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

Ударным костяком десанта были части 103-й гвардейской дивизии ВДВ и подразделения 345-го отдельного парашютно-десантного полка (ОПДП). Этот полк всегда находился в полной боевой готовности к немедленным действиям. Была в этом полку и рота за номером девять, солдаты и офицеры которой — главные герои нашей истории. Особых слов заслуживает подготовка солдат, воевавших в ВДВ. В течение шести месяцев солдаты проходили интенсивные курсы военной подготовки, сил и средств на это никто не жалел, себя в процессе подготовки не жалел вообще никто. Не прошедшие подготовку отсеивались и попадали в другие части. Зато те, кто смог пройти все испытания, становились буквально лучшими солдатами в СССР.

Офицеры воздушно-десантных частей стоили своих солдат. И не только благодаря тому, что хорошо учились в военных училищах. Известный факт — заматеревшие в боях солдаты могут запросто игнорировать команды офицера, который не пользуется в их среде достаточным авторитетом. Авторитет в среде солдат можно получить единственным способом: быть таким же, как они, но лучше. Офицеры, успешно воевавшие в Афганистане, именно такими и были.

Для того чтобы понять, кто такой десантник, — несколько высказываний легендарного отца-основателя воздушно-десантных войск Василия Филипповича Маргелова (1908–1990):

«В случае войны парни в голубых беретах будут брошены в пасть агрессору с целью разорвать эту пасть».

«Сбит с ног – сражайся на коленях, идти не можешь — лежа наступай».

«Десантник должен знать только два действия математики: отнять и разделить».

Про операции наших войск на территории Афганистана можно рассказывать бесконечно долго — все они того заслуживают. Мы остановимся на самых интересных, значительных и типичных для Афганской кампании событиях и, конечно, отдельно расскажем о той операции, в ходе которой и произошел легендарный бой на высоте 3234.

Начнем с самых первых дней советского военного присутствия в ДРА. Как мы помним, товарищ Амин «сердечно» встречал советские части, вступившие на землю Афганистана 25 декабря 1979 года.

Также мы помним, что за «умелые» реформы, приправленные жесточайшими репрессиями собственного населения, Амину в СССР был вынесен заочный смертный приговор.

Первая неудачная попытка покушения на Амина состоялась 14 декабря 1979 года. Внедренный агент отравил пищу диктатора. Яд на Амина не подействовал. Впоследствии эксперты установили, что яд был нейтрализован кока-колой.

27 декабря состоялось боевое крещение частей специального назначения СССР, легендарный штурм дворца Амина, известный как операция «Шторм-333». Группы спецназа «Гром» и «Зенит» при поддержке «мусульманского батальона» за полчаса управились с двумя тысячами солдат гвардейской охраны Амина. Дворец был взят, Амин убит. Погибло около 300 афганцев, 1700 — попали в плен. Суммарные потери советских войск — несколько десятков человек (6 бойцов убито, 21 — ранен). Штурм попал во все учебники как пример блестящей операции силами частей специального назначения.

К слову, в ночь с 27 на 28 декабря личный состав 345-го полка выполнял боевые задачи по захвату и удержанию аэродрома Баграм и других стратегических объектов в Кабуле. Группам спецназа оказывала поддержку 9-я рота, которой командовал старший лейтенант Валерий Востротин. А в сентябре 1986 года уже в звании подполковника он примет командование 345-м полком.

Дворец Амина. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

Власть в стране только тогда может считаться властью, когда контролирует территорию, ключевые населенные пункты, важные промышленные объекты и, главное, — коммуникации. Предполагалось, что основную нагрузку при выполнении этих задач возьмут на себя афганские вооруженные силы, а советские войска будут выполнять функцию силового резерва. Получилось ровно наоборот.

Получилось так не потому, что хитрые афганцы предпочитали воевать чужими руками. Так получилось потому, что сами афганцы воевать попросту не умели, часто не хотели и временами без затей переходили на сторону врага. Кто-то делал это явно, а кто-то — тайно. Ушей и глаз оппозиции в рядах правительственных войск было предостаточно: полевые командиры душманов зачастую знали о предстоящих планах противника все.

Подавляющее большинство операций, проведенных советскими войсками, было успешным. Противник нес потери, многократно превосходящие потери советской стороны. Например, за 1981 год, по данным Генштаба, было уничтожено свыше 20 тысяч мятежников, пленено — 7763, захвачено до 12 тысяч единиц стрелкового оружия, 1,5 миллиона различных боеприпасов, 79 ДШК, 22 миномета и др. Потери ОКСВ в этом году составили 1298 человек.

Предполагалось, что плодами военных успехов будет пользоваться местная власть, устанавливая себя на местах, зачищенных от банд оппозиции. Но и на этом поприще афганцы проявили себя откровенно плохо. Яркий пример — девять (!!!) Панджшерских операций.

В ходе каждой из этих операций знаменитый Ахмад Шах Масуд по кличке «Панджшерский Лев» терял людей, опорные базы, оружие, боеприпасы и вынужден был отходить и прятаться. И всякий раз возвращался, потому что афганские власти ни разу не сумели укрепить свою власть на этой территории, не смогли склонить местное население на свою сторону.

 

Разведрота А.А. Борисенко с трофеями. Фото из личного архива А.А. Борисенко

В итоге работой с местным населением стали заниматься шурави (перс. - советские, от шура - совет). Результаты этой работы, которой занимались наши разведчики, можно смело назвать бесценными: информация, поступавшая от местного населения и от внедренных в банды агентов, позволяла узнавать о ближайших планах отрядов оппозиции, о передвижении караванов с оружием, о моральном настрое местного населения. Все эти сведения были решительно необходимы для того, чтобы быть начеку, а значит, избегать ненужных потерь. Кроме того, велась крайне деликатная и кропотливая работа среди населения, нацеленная на примирение людей с государственной властью. Эта работа велась и за пределами Афганистана, например в многотысячных лагерях беженцев в Пакистане и Иране. Как водится у хороших разведчиков, помимо задачи возвращения беженцев на родину, что явилось бы мощным моральным подспорьем в борьбе с оппозицией, стояла задача сбора разведывательной информации — лагеря являлись постоянным пунктом вербовки и обучения все новых и новых солдат «джихада».

Братья-мусульмане как в Пакистане, так и в Иране, к слову, противились возвращению беженцев на историческую родину. И не только потому, что лагеря были резервом живой силы для пополнения банд, действующих на территории Афганистана. Пакистан, к примеру, с успехом разворовывал гуманитарную помощь, поступавшую в лагеря от международных организаций.

Шли годы. Солдаты одерживали победу за победой, армия проводила одну успешную операцию за другой, накапливался бесценный боевой опыт ведения боевых действий в горной местности. Однако в целом ситуация не менялась в лучшую для правительства Афганистана сторону.

На международной арене меж тем не утихал вой по поводу зловещей оккупации Афганистана безжалостными солдатами Империи Зла. Под этот вой Афганистан между делом превратился в доходный рынок оружия и стал полигоном для испытаний самых новейших средств вооружений в боевых условиях. Кто только не поставлял оружие афганским «повстанцам»! США, Англия, Франция, Китай, социалистическая Югославия...

Решения о помощи «благородным повстанцам» принимались на уровне правительств. В марте 1986 года администрация президента США Р. Рейгана принимает решение о поставке в Афганистан ПЗРК "Стингер". Этот факт достоин упоминания, поскольку «стингеры» сыграют значительную роль в нашей истории.

Пакистан был едва ли не главной головной болью советского военного командования. Оттуда непрерывным потоком шло оружие, боеприпасы, туда при малейшей опасности отступали духи. Примерно к 1984 году стало ясно: если не попытаться хотя бы частично перекрыть границу, ситуация будет ухудшаться. Так началась «караванная война». Основную роль в этой войне сыграли части специального назначения и все те же разведчики. Восемь батальонов спецназа перекрыли 60% границы Афганистана с Пакистаном и непрерывно громили караваны, направлявшиеся из Пакистана.

Однако самые важные для судьбы Афганистана события в это время происходили совсем не на так называемой международной арене. Они происходили внутри страны, которой больше нет на карте мира. В СССР.

Вот так — страна Афганистан есть, а страны СССР уже нет. При оценке результата деятельности последних советских руководителей временами возникает впечатление, что не афганское руководство училось в СССР, а строго наоборот.

Когда заходит речь о знаменитых политиках, часто вспоминают Уинстона Черчилля. Персонаж и по сей день весьма уважаемый. Кстати, он тоже побывал в Афганистане во время третьей англо-афганской войны в качестве военного корреспондента при экспедиционных силах, о чем написал интересную книжку «Повесть о малакандской полевой армии, 1890 год. Эпизод пограничной войны». В походе особенно отличилась 24-я рота пенджабского пехотного полка, в штыковых атаках проводившая зачистки афганских рынков с тотальным вырезанием всех недовольных. Много чего интересного писал господин Черчилль, рекомендуем почитать.

Так вот, если оценить геополитические результаты деятельности Черчилля для той страны, у руля которой он стоял, картина вырисовывается не совсем та, что живет в так называемом общественном сознании. Однажды сам Черчилль сказал про другого известного политика, И.В. Сталина, такие слова:

«Сталин принял страну с сохой и отдал с атомной бомбой».

С этой точки зрения, результат самого Черчилля выглядит так:

«Принял страну мощной самостоятельной державой из первых. Сдал страну в виде «непотопляемого авианосца» Соединенных Штатов Америки».

Похожая история — мистер Горбачев. Его очень ценят и любят как политика — в основном, правда, на Западе. Страну Михаил Сергеевич принял одну, формально передал тоже одну, однако очень скоро талантливый преемник Михаила Сергеевича, первый президент Российской Федерации Борис Николаевич Ельцин, вопреки волеизъявлению народа на государственном референдуме решил, что такая страна, как СССР, больше не нужна. В результате стран стало 15, по числу бывших республик СССР. Во многих из этих бывших республик ныне находятся военные базы НАТО. Михаилу Сергеевичу, кстати, обещали, что расширения НАТО на восток не будет. Вместо этого расширение НАТО произошло не только на восток, но вообще по всем направлениям — в настоящий момент наша страна со всех сторон фактически окружена государствами, в которых есть либо базы НАТО, либо базы США, что по сути одно и то же.

Косвенную оценку деятельности политиков, стоявших у руля с 1985-го по 2000 год, дал президент России В.В. Путин. Он назвал развал (распад) СССР «величайшей геополитической катастрофой для миллионов наших соотечественников».

Как бы то ни было, процесс начинался, и в Афганистане в том числе — вывод войск был одним из первых, но далеко не последним безвозмездным геополитическим подарком Михаила Сергеевича Горбачева дружелюбным западным странам, ну и многострадальному народу Афганистана заодно. В апреле 1988 года министры иностранных дел Афганистана и Пакистана подписали мирное соглашение. В качестве гарантов выполнения соглашения выступили СССР и США. СССР обязался вывести войска в течение девяти месяцев с момента подписания соглашений, Пакистан и США — прекратить финансовую и военную помощь душманам.

Уходя, советские войска оставляли афганской армии технику и вооружение. Между прочим, классические кадры, обошедшие весь мир, а именно горящая и брошенная вдоль дорог советская техника, на первый взгляд, ясно дают понять — бегство шурави из Афганистана было поспешным и неорганизованным. В действительности эти кадры демонстрируют как раз ту технику, которая была передана армии ДРА и затем частично уничтожена душманами, частично просто брошена афганской армией по дорогам.

Советский Союз выполнил свои обязательства в срок. Пакистан и США продолжали поставлять душманам технику и вооружение, пытаясь ускорить падение режима Наджибуллы. О том, что происходило в Афганистане после вывода советских войск, разговор отдельный.

Войска выводили в два этапа. К 15 августа 1988 года вывели 50 тысяч человек. 15 февраля 1989 года границу с СССР перешел последний военнослужащий ОКСВ в Афганистане. Это был генерал-лейтенант Борис Васильевич Громов, командующий легендарной 40-й армией.

Для СССР война в Афганистане закончилась.

Вывод войск. Фото из личного архива Ю.М. Лапшина

«Самое трудное на войне — это сама война».

Б.В. Громов